— Я думаю надеть костюм шафранового цвета, — сообщил Вэл. — Меня сегодня что-то тянет на шафран. А ты в чём будешь, Род?
Стройный загорелый юноша, или, если называть его полным именем, Родерик Сент-Жан де Роше Рэйлстоун, лениво потянулся и бросил в улыбчивый рот горсть вылущенных горошин.
— Я надену что-нибудь жёлтое. А на уши повешу белые лилии. Чем ещё я могу привлечь к себе внимание важных персон?
— Отлично, граф, — одобрил кузена Вэл. — Вообще-то ты, как и я, обыкновенный лорд, но мне приятно звать тебя графом. Тебе сегодня предстоит оттенять Руперта и Меч Удачи. Поэтому надень лучше мои фланелевые брюки, правда, они ещё не пожелтели, но может быть, потерпишь?
Род покачал головой:
— У меня свои штаны есть. Вчера купил, когда ездил в город. Так что теперь моя очередь делиться одеждой. Люси сказала, что у тебя износились рубашки. Я купил несколько штук. Она сложила их в верхний ящик шкафа у тебя в комнате.
Вэла эта новость удивила:
— Ты что же, хочешь сказать, будто мы можем позволить себе тратиться на новую одежду?
Род кивнул. Рики подняла голову от стручков и сказала:
— Не прикидывайся глупеньким, Вэл. Ты же знаешь, что наши дела пошли неплохо. А когда Руперт напишет новую книгу и мы продадим нефтяной кусок болота, нам вообще не о чем станет беспокоиться. Осенью Род пойдет в колледж, а я поступлю на курсы моделирования, так что…
Она не договорила, потому что на террасу зашёл Холмс.
— Рад видеть вас, — поприветствовал его Вэл, — но вы приехали на четыре часа раньше назначенного срока. Мы ещё не успели переодеться в вечерние костюмы.
— Я вижу. Но я не в гости, а по делу. Между прочим, не знаете, где сегодня Чарити?
— Она исчезла вместе с Рупертом ещё утром, — ответила Рики. — С их стороны просто свинство исчезать в такое время. Столько нужно сделать для обеда, а они сбежали.
Вэлу почудилось раздражение, промелькнувшее сквозь добродушную улыбку Холмса:
— Дамочки в наши дни становятся такими экстравагантными, — почему-то сказал он, усаживаясь рядом с Вэлом.
— Однако, перейдём к делу.
— Какому делу? Опять нефтяные скважины? — Рики изобразила всплеск руками.
— Нет, на этот раз никаких нефтяных скважин. Я по поводу этого, — Холмс достал из кармана блокнот с рисунками Вэла. — Я показал эти работы своему знакомому издателю. Он хочет заказать десять тысяч таких рисунков. Платить он будет по пять долларов за каждый, то есть ваш гонорар составит пятьдесят тысяч долларов. Кроме того я показал блокнот режиссёру, это тот друг, о котором я говорил вам. Он пока не слишком известен, но со временем наверняка прославится. Его зовут Фенли Мосс, он делает мультфильмы. Увидев рисунки, он загорелся несколькими идеями, которые для меня слишком грандиозны.
Фен хочет знать, пробовали ли вы рисовать что-нибудь специально, ориентируясь на персонажей мультипликации.
— Нет, никогда, — Вэл отрицательно покачал головой.
— Так вот, Фен сейчас в городе. Завтра он заедет в Пиратское Логово. И я советую, Рэйлстоун, если он предложит заняться серией рисунков для его мультфильмов, немедленно принять предложение. Вам придётся взяться за каторжную работу, которой никогда не будет мало. Но — это хорошее будущее.
— Не знаю даже, как отблагодарить вас.
Но Холмс нахмурился и перебил:
— Пока не за что. И потом, это я сделал Фену одолжение, рассказав о перспективном художнике. Только не надо этого говорить ему. Вы не знаете, сколько ещё будут отсутствовать ваш брат и Чарити?
— Не знаем. Они обещали вернуться к обеду, — ответила Рики. — Если, конечно, они вспомнят про обед. На прошлой неделе Вэл вышел позвать их к ужину, так они шли в столовую из сада целых пять минут.
— Не пять! — поправил Вэл. — А все десять.
Холмс поднялся:
— Тогда позвольте откланяться. Когда у вас начинается приём гостей?
— В три тридцать. На самом деле это означает четыре часа.
— К сожалению, в это время я буду занят в другом месте, — покачал головой Холмс. — Но всё равно спасибо за приглашение. И желаю приятно провести время.
Он сел в машину и уехал. Вэл помахал вслед Холмсу блокнотом.
— Интересно, почему он вдруг сорвался и укатил? — размышлял Вэл. — Словно его кто-то прогнал отсюда.
— Он разозлился, потому что мисс Чарити уехала с Рупертом, — ответил Род. — Но ты уже давно рисуешь, Вэл. Пора передохнуть. Дай-ка мне свою рисовальную доску.
— Так точно, дедушка! — поддразнила Вэла сестра.
Рики прихлопнула севшую на плечо муху.
— Всё жарче и жарче, — пожаловалась девушка. Она достала платочек и отёрла лицо. И вдруг изумлённо уставилась на платочек, словно увидела его впервые или вытерла не пот, а нефть.
— Что с тобой? На платке отпечатки не твоего лица? — поинтересовался Вэл.
— Нет, но я вспомнила, что в этом платке — начало наших загадок.
— Да ну? Так что это за платок?
— Тот самый, что мы нашли тогда в Длинном Зале. Знаешь, кому он принадлежит, Вэл?
Род засопел и протянул руку за платком:
— Это мой платок. Чарити подарила мне дюжину платков с монограммами на прошлое Рождество.
— А ты обронил платок в Длинном Зале, — засмеялась Рики. — Вот с этого и начались загадки.
Вэл завидел подъезжающий автомобиль и провозгласил:
— Ну вот, все в сборе.
Рики немедленно напустилась на прибывших:
— Вернулись? Наконец-то! Руперт, Чарити, неужели вам так нужно было пропадать весь день? Хотела бы я знать, чем это вы там занимались вдвоём?
— Тебе и вправду хочется это узнать? — спросил Руперт.
Рики уставилась на него, затем перевела непонимающий взгляд на Чарити. Какие у неё пунцовые щеки, подумала Рики, наверное, от жары. Чарити Биглоу из Бостона была красна как маков цвет.
И вдруг Рики всё поняла.
— Род, Вэл! — вскричала она. — Где ваши правила хорошего тона? Разве вы не видите, что Руперт привёл в дом свою маркизу?
И Рики изобразила изящный книксен в сторону Чарити, которая покраснела ещё сильнее.
Вэл склонился к руке Чарити и, поглядев в глаза новой хозяйке Пиратского Логова, объявил:
— Это и есть самая большая Удача Рэйлстоунов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
